Vadim (antinormanist) wrote,
Vadim
antinormanist

Category:

Битва министра Лунса

На варспоте вышла статья про борьбу Индонезии с Голландией за Новую Гвинею. У себя немного расскажу о мотивации того, кто был главной фигурой в борьбе за Новую Гвинею в голландском кабинете начала 60-х годов – министре иностранных дел Йозефе Лунсе.

Йозеф Антуан Мари Хуберт Лунс (по правилам транскрипция должен быть Люнс, но Лунс уже прижилось) родился католиком и сыном художника, дослужившегося до директора Королевской академии искусства. После того, как сорвалась его детская мечта стать офицером флота, изучал право в Лейдене. Хотя всегда увлекался военной историей, особенно эпохой Наполеоновских войн. В студенческие годы в 30-е примыкал к местным национал-социалистам.

Начал работать дипломатом, после немецкой оккупации родины поддержал правительство в изгнании, участвовал в шпионаже в пользу союзников в Швейцарии и Португалии. После войны продолжил дипломатическую службу. И к 40 годам занимал пост заместителя постпреда Нидерландов при ООН.

Министром он стал довольно неожиданно. При формировании правительства Дреса в 1952 году пост министра иностранных дел должен был отойти правой Католической народной партии (КНП). Но она могла предложить на этот пост только своего парламентского эксперта отца Беафорта. Премьер-социалист считал, что священникам не место на таком посту – "у нас тут не новая Священная Римская империя". Лидер КНП Ромме вспомнил про дипломата, произведшего на него благоприятное впечатление, когда он сопровождал королеву Юлиану во время визита в США. Он же вроде католик?

Там Йозеф Лунс стал министром иностранных дел. И оставался им непрерывно до 1971 года – 19 лет, рекордный срок для нидерландской политики. В этот период времени он полностью контролировал внешнюю политику своей страны как "настоящий абсолютный монарх".

После Лунс стал генеральным секретарем НАТО и оставался на этом посту рекордный срок до 1984 года.

За время своей долгой карьеры он приобрел репутацию эффективного переговорщика, далеко переросшего скромные размеры Нидерландов. Будучи консервативным националистом, он никогда не был реакционером. В 60-е годы он первым оценил возможности телевидения и стал самым популярным человеком в стране.
А ещё Лунс был известен как сторонник realpolitik. И как на этом фоне оценить его борьбу за Новую Гвинею?

Реалисты в нидерландском руководстве были как раз за то, чтобы отдать Новую Гвинею, и наконец-то восстановить нормальные отношения с Индонезией, сулившие Нидерландам большие дивиденды. Министры финансов, независимо от вероисповедания и партийной принадлежности, приходили в ужас, обнаруживая бездонность "чёрной дыры" в бюджете по имени "Нидерландская Новая Гвинея".

Те, кто держались за Новую Гвинею, делились на две категории. Были идеалисты вроде министра социальных дел Марги Кломпе, которая отвечала критикам: "Мы не торгуем людьми. Как можно жертвовать папуасами ради выгоды". Другие, вроде бывшего командира подлодки министра флота Пита де Йонга говорили о мировой роли Нидерландов, важности сохранения форпоста на Тихом океане. Многие указывали, что стоит тянуть время, режим Сукарно падёт и всё само собой рассосётся.
Лунс формально принадлежал ко вторым. И уж точно не испытывал никаких иллюзий по поводу самоопределения папуасов – в этом он полностью был согласен со своим постоянным оппонентом, французским лидером де Голлем.

При этом Лунс продолжал борьбу до самого конца, даже когда идеалисты вроде Кломпе опустили руки. Весной 1962-го он публичными жестами намеренно осложнял отношения с США, а голландский переговорщик ван Ройен прямо указывал, что действия Лунса чуть было не привели к срыву уже согласованного договора. Позднее ряд министров даже обвиняли Лунса в том, что он вводил кабинет в заблуждение по новогвинейскому вопросу.

Что же было нужно министру Лунсу жарким летом 1962 года, когда надежды на самоопределение папуасов и великую мировую роль Нидерландов уже испарились? Когда военные докладывали, что они может и смогут отразить первое полномасштабное вторжение индонезийцев, но только после этого голландцы кончатся, а вот индонезийцев останется много?

Сам Лунс никогда не говорил об этом. Но у меня есть одно предположение. Со времён пребывания в годы войны на дипслужбе в Лиссабоне Лунс поддерживал тесные отношения с португальскими коллегами. Режиму Салазара (как и Франко) он явно симпатизировал и в 60-е годы не раз высказывался в поддержку Португалии по вопросам Заморской войны. На том самом саммите НАТО в Афинах в мае 1962 года Лунс выразил португальскому министру иностранных дел Ногейре своё восхищение тем, что португальцы в Гоа выбрали сражаться, несмотря на обречённость перед колоссальным перевесом Индии.
Это и есть ответ. Йозефу Лунсу в 1962 году была не нужна победа или соглашение. Ему нужна была последняя битва Империи. Ибо великая страна не могла покинуть сцену без боя.
Не получилось.

В 1963 году, когда Лунс впервые прибыл с визитом в Индонезию, он посетил и флагман ВМФ Индонезии крейсер "Ириан". В ходе визита индонезийский полковник пожал министру руку и от души поблагодарил за спасение своей жизни. Дело в том, что полковник командовал авангардом индонезийского десанта в августе 1962 года и осознавал самоубийственность миссии. Капитуляция Нидерландов и правда спасла его. Министр Лунс ничего не сказал в ответ…
Tags: Индонезия, Нидерланды, империализм, историософия, исторические портреты
Subscribe

Posts from This Journal “историософия” Tag

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 17 comments

Posts from This Journal “историософия” Tag