Vadim (antinormanist) wrote,
Vadim
antinormanist

Categories:

Восточный вопрос в британской внутренней политике – на пути к войне

Пока британская пресса увлечённо обсуждала "руку Санкт-Петербурга" в женском обличии, дела на Балканах неумолимо шли к войне.

11 декабря 1876-го в Константинополе начала работу конференция Великих Держав, призванная разрешить Восточный вопрос. Британскую делегацию возглавил министр по делам Индии лорд Солсбери.
Данное назначение оппозиция приветствовала. Гладстон назвал выбор главы делегации "лучшим, что правительство до сих пор сделало в Восточном вопросе". Брайт выразил надежду, что "широта взглядов, справедливость и сильный интеллект" Солсбери обеспечат на конференции "честную игру".

Инструкции, данные Солсбери министром иностранных дел лордом Дерби 20 ноября, гласили, что необходимо не допустить никакой силовой акции против Порты, соблюдение принципа независимости и территориальной целостности. Солсбери было рекомендовано добиваться что-то вроде "ливанского решения" (то есть автономного статуса) для Боснии, Герцеговины, Болгарии, Самоса и Крита.
Конфиденциальные инструкции премьер-министра Дизраэли, данные Солсбери 27 ноября, говорили о возможности временной международной оккупации Балкан в случае неуступчивости Порты.

Солсбери был настроен решительно, считая, что "надо выбить зубы туркам" и приложил немало усилий для достижения компромисса. Но он был послан на конференцию "без кошелька для подкупа и без меча для угроз".
Главу делегации не поддерживал ни посол Эллиот, ни глава британской военной миссии подполковник Роберт Хоум.

Солсбери писал Карнарвону, что поведение Эллиота "заставляет Мидхата [великого везиря] считать, что Англия действует несерьёзно. Это впечатление, если оно не будет уничтожено, может привести к войне". Данное впечатление активно подкрепляли подчинённые подполковника Хоума, мерявшие фарватеры в Проливах, разрабатывая планы по высадке британских войск.

Более того, из Лондона в Константинополь прибыл консервативный депутат парламента Генри Манро-Батлер-Джонстон, известный туркофил, который, как писал Солсбери Карнарвону 22 декабря 1876-го во всю занимался "интригами… убеждая турецких представителей сопротивляется нашим предположениям, говоря, что в итоге мы [британцы] твёрдо будем стоять на их стороне".

Так что ничего удивительного, что турецкие власти не восприняли всерьёз давление британцев. Это пришлось признать и лорду Дерби, 1 января 1877-го написавшему в дневнике, что "турки просто не верят в серьёзность наших намерений".
Супруга Солсбери писала домой: "Турки продолжают отказываться и до крайности неразумны. Полагаю, они действительно хотят войны и достаточно безумны, чтобы думать, что побьют русских! Ты не можешь себе представить всю злобность и варварство этого места".
Османская империя отказалась принять согласованный Великими Державами проект создания трёх автономных провинций (Босния, Восточная и Западная Болгария). Константинопольская конференция завершилась полным провалом.

Британская публика встретила провал Константинопольской конференции довольно безразлично. 3 января 1877 года разочарованный Дизраэли написал леди Честерфилд, что у него осталось только одно желание – "видеть их всех – и русских, и турок – на дне Чёрного моря".
В марте 1877-го посла Эллиота наконец-то отозвали из Константинополя – но его заменил известный востоковед Генри Лэйярд. Известный не только раскопками Ниневии, но и явным туркофильством.

Паузу в первые месяцы 1877-го взяли и сторонники Агитации во главе с Гладстоном, разочарованные провалом Константинопольской конференции.
Сам Гладстон на открытии парламентской сессии в середине февраля 1877-го коснулся Восточного вопроса только ироничным замечанием про то, что некоторые в Британии уже договорились до того, что существует заговор немецкого канцлера (Бисмарк), русского царя и его самого с целью заменить султана герцогом Эдинбургским.
Отношение Гладстона с высшей аристократии окончательно испортилось. На официальном приёме в марте 1877-го королева Виктория и принц Уэльский не пожелали с ним разговаривать, герцог Кембриджский отказался пожать ему руку. А герцог Сазерлендский договорился до того, что публично назвал Гладстона "главным агентом России".

С другой стороны интеллектуальная элита Британии демонстрировала свою поддержку фактическому лидеру либералов. С 10 по 12 марта 1877-го Гладстон был гостем сэра Джона Лаббока. Банкир и разносторонний учёный (он ввёл понятия неолит и палеолит), Лаббок был одним из самых либеральных депутатов парламента и имел репутацию "крайнего реформатора".
В доме Лаббока около Фарнборо Гладстон общался с приглашёнными туда же ведущими учёными той эпохи, среди которых был Чарльз Дарвин, Томас Гексли, известнейший химик Лайон Плэйфэйр (также видный либеральный депутат парламента, в 1853-м впервые озвучивший идею применения на войне отравляющих газов – против русских в Крымской войне), известный своими антиимпериалистическими взглядами журналист Джон Морли (который станет первым биографом Гладстона).

В апреле 1877-го Гладстон подготовил обширное предисловие к сборнику стихов Теннисона "Черногория", в котором подробно знакомил публику с героической борьбой этого небольшого славянского народа.
Сборник поступил в продажу 19 апреля и разошёлся тиражом всего в 8 тысяч экземпляров.

Через 5 дней, 24 апреля (или 12 апреля по старому стилю) 1877 года Российская империя объявила войну Порте.
Tags: Британская Империя, история
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 10 comments